Лагорио Л.Ф. В горах Кавказа (1879).

Сказание о князьях черкесских

Во имя Бога милостивого и милосердного, хвала Господу творцу миров и мира и благословение над превосходнейшим из его созданий Магомедом и семейством его и над всеми его товарищами.

Султан Вавилонии
Султан Вавилонии (Египта) с гербом в виде чаши. Фрагмент копии карты Атлантического океана, Средиземного и Черного морей Сальваторе де Пилестрина (конец XV в.).

Знай! Что между потомками Ноя, да будет над ним мир, было четыре великих хана Ларун, Радун, Лавун и Радван, которые после смешения языков, вышли со всеми своими сподвижниками из Вавилона, поселились все четверо в Египте. Один из сыновей Ларуна по имени Араб-хан, уговорившись со своими сподвижниками и запасшись оружием на случай, если бы пришлось вступить в сражение, сел на суда и отправился вместе с ними вниз по благословенному Нилу.

Султан Исхак, встретив их не посмел с ними сразиться и оставил в покое, ибо упомянутый султан Исхак раздражал коптов, требованием с них податей и поэтому они, сев на суда отправились вниз по Нилу. Напоследок султан Исхак послал об этом известие в лежащие на пути города Рашид и Александрию, приказав жителям задержать их.

Те, собравшись, выступили им навстречу, но копты, разбив их и разграбив их имущество, оставив тут свои суда и сев на корабли, приплыли в Константинополь. Греческий император угостил их и воздал им чрезвычайные почести.

Потом они остановились в Крыму у речки, называемой Кабарда, основав там свое жилище. Ибо греческий император в то время враждовал с мусульманами и потому воздал Араб-хану чрезвычайные почести.

Пампук-Кая. Вид с Кильсе-Кая на село Голубинка.
Вид на долину реки Бельбек (Кабарда) с Кильсе-Кая. Фото: © Княжество Феодоро, Андрей Васильев (2010).

По смерти Араб-хана сделался его приемником сын его Абдан. Потом взошел новый богатур, сильный государь и завоеватель и стал покорять горские области. Это навело большой страх на Абдана и он, укрываясь от греческого императора, сел опять на корабли и так как в это время родился у него сын, то он дал ему имя Кесек в память бегства своего от греческого императора. Потом отплыв оттуда, вышел из кораблей при впадении Кубани в море близь урочища Чогджаки в расстоянии шести часов пути от места, называемого Кизил-Таш, основал там свое местопребывание.

По смерти Абдана сын его Кесек сделался его преемником, а когда и сей мирза умер, то ему наследовал сын его Херфелки, а по смерти сего вступил в управление государством сын его Инал. Инал был такой умный и прозорливый государь и так счастлив во всех своих делах в этом тленном мире, что все предприятия его исполняли сообразно его желанию. Что же касается до черкесов, то они, будучи уверены, что их молитва к нему будет услышана и поныне к нему прибегают, восклицая: «О, Инал!».

Карл Рехберг. Кабардинский князь
Карл Рехберг. Кабардинский князь (1812)

У Инала было четыре супруги. От главной жены у него один сын по имени Джанкуват, от второй два сына: Бекпулат и Селим, а от третьей так же два сына Умарил и Крейш. Это были первые черкесские князья. Что же касается до начала и продолжения их царствования, до событий, предшествовавших и последовавших их появлению и упадку, то все это осталось в неизвестности потому, что между ними не было ученых людей.

Генеалогия кабардинских князей по Яну Потоцкому
Генеалогия кабардинских князей по Яну Потоцкому.

Упомянутый Араб-хан, соединившись с черкесами, то есть коптами и вышел из Египта прибыл в Константинополь. Здесь оказано было ему гостеприимство греческим императором и потом он прибыл к горе Эльбрусу и там основал свое жилище. Нынешние черкесские князья происходят от Араб-хана, который потомок Ларуна, старшего из четырех сыновей Сима, который был сам старший сын Ноя. Подданные же их суть потомки трех упомянутых братьев Ларуна, т. е. Радука, Лавуна и Раджина. Таким образом на мир, пришедший к Кавказу и там поселившийся, суть потомки четырех сыновей Сима сына Ноева. Да будет над ним мир!

+++++

Легенда о происхождении княжеской династии Черкесии является прологом к родословным росписям кабардинских князей и известна по рукописям, хранящимся в архивах России и Украины, а также по пересказам путешественников и этнографов XVIII-XIX вв. [Бейтуганов, 2007, с. 666-667; Зайцев, 2019, с. 31-48, 69-74; Ногмов, 1994, с. 92-96; Сокуров, 2011; Хан-Гирей, 1978, с. 152-155].

Черкесские князья и дворяне редко обучались грамоте, так как считали это занятие неприличным своему званию [Хан-Гирей, 1978, с. 105]. Поэтому родословные передавались устно. Первая их письменная фиксация, судя по всему, произошла во второй половине XVI века в связи с браком царя Ивана IV Грозного и дочерью кабардинского князя Марией Темрюковной. Впоследствии в связи с постоянными контактами с Северным Кавказом и притоком кабардинской аристократии на службу сначала в Московское царство, а затем в Российскую империю, старые родословные дополнялись свежей информацией, а также составлялись новые [Налоева, 2015, с. 150-156; Сокуров, 2011].

Горец из свиты Темрюковичей
Горец из свиты Темрюковичей, 1550-1570-е гг. Худ. О.В. Фёдоров, 2014 г.

Учитывая факт бытования родословных в устной традиции, они имеют многочисленные вариации, частью дополняющие, частью противоречащие друг другу из-за лакун и неточностей исторической памяти. Несмотря на эти особенности, они являются ценнейшими историческими источниками, высокого уровня достоверности. Однако наиболее ранние из дошедших до нас поколенных росписей и генеалогических карт, составленных в первой половине XVII – первой половине XVIII вв., начинаются лишь с верховного князя Кабарды Инала и не содержат легенды о ближневосточном происхождении его предков [Сокуров, 2011].

Гейслер Х. Г. Черкесский князь и черкесский воин.
Гейслер Х. Г. Черкесский князь и черкесский воин.

Вопрос о времени и обстоятельствах ее возникновения рассмотрен в работах российских исследователей С.Х. Хотко и М.Ю. Илюшиной, которые пришли к выводу, что она сформировалась при дворе мамлюкских султанов Египта из черкесской династии Бурджитов (XIV-XVI вв.) [Илюшина, 2022, с. 208-213; Хотко, 2017, с. 319-320].

Существуют разные версии этой легенды, но ее фабула остается неизменной: некий арабский вождь в результате конфликта, в котором опасности подвергается его жизнь, вместе с соплеменниками покидает родные места и после различных приключений поселяется на Кавказе. Его потомки – черкесы, имеющие арабские корни, – через несколько веков становятся правителями Египта.

Мамлюкская геральдическая эмблема.
Мамлюкская геральдическая эмблема. Резьба по камню (конец XV – начало XVI в.). Национальный музей Алеппо.

Первые упоминания о ней относятся к времени правления султана Баркука (1382-1399). Придворный историк ибн Халдун сообщал, что тот являлся прямым потомком династии арабских царей из рода Гассанидов, представитель которой вместе с приближенными в правление императора Ираклия (610-641) перешел на службу в Византию. После смерти последнего разразилась внутренняя смута и Гассаниды, потеряв надежду вернуться на родину переселились на Кавказ. Они начали заключать браки с аборигенами и в результате Гассанидские племена стали жить вместе с черкесами в горах и растворились среди них. Некоторые черкесы с тех пор получили нисбу аль-Гассани. Так, по Ибн Хальдуну отца Баркука звали Анас аль-Гассани [Брун, 1875, с. 170-171 (прим. 4); Ayalon, 1949, p. 137].

Фрагмент льняного текстиля с двуглавыми орлами
Фрагмент льняного текстиля с двуглавыми орлами (XIV век). Место хранения: Музей Исламского искусства (Каир).

В основе легенды лежат реальные события. Последний гассанидский царь Джабала ибн аль-Айхам (632-638) вскоре после поражения армии императора Ираклия при Йармуке летом 636 года перешел на сторону мусульман, однако, затем вернулся к византийцам.

О причинах этого поступка арабские авторы сообщают следующие. Приняв ислам, Джабала ибн ал-Айхам, решил вместе со свитой совершить хадж. Когда он обходил вокруг Каабы, один из паломников наступил на край его покрывала и почувствовавший себя оскорблённым гордый Гассанид выбил ему глаз. Халиф Умар, которому стали известны обстоятельства дела, потребовал, чтобы он возместил ущерб, либо понес наказание. Тогда Джабала, обиженный тем, что его уравняли с человеком низкого звания, покинул Мекку и бежал к византийцам [Кривов, 1981, с. 156-157].

Сконструированный на основе исторических фактов и вымысла миф был призван установить родственную связь черкесов и арабов, чтобы поднять авторитет иноземной мамлюкской элиты в арабском обществе. Более того, происхождение от курейшитов, племени из которого происходил сам пророк Мухаммад давало Бурджитам право на управление Египтом и другими арабскими землями [Илюшина, 2022, с. 212; Хотко, 2017, с. 320].

Впоследствии история о переселении арабов в Черкесию стала известна в Османской империи, султаны которой с момента завоевания Крыма в 1475 года не оставляли попыток включить Северный Кавказ в зону своего политического и культурного влияния.

Кавказский певец.
Кавказский певец. Открытка «Кавказские типы», начало XX века.

Эвлия Челеби, совершивший в 1640-1641 гг., путешествие от Трапезунда до Анапы сообщал о происхождении абазов, лазов и черкесов:

«По достоверным известиям, во время халифата Омара, около 25 года хиджры, некто из арабов, по имени Баша-Мелек, был владетелем Ятреба, Басы, Адена и Сабы. У него было пять сыновей; первый назывался Джебель-уль-гиммет, второй Араб, третий Кису имел три сына: Каис, Мевали и Тай; четвертый назывался Лазки, пятый – Абази. По смерти отца власть над коленом перешла к старшему сыну Джебель-ул-гиммет, которого Омар приговорил к лишению глаза, за то, что он случайно вышиб глаз у одного араба. В ту же ночь Джебель-ул-гиммет, взяв с собою четырех братьев своих, искал убежища в Антиохии у императора Ираклия, который его наделил горами Сирийского Триполиса. Тут он построил город Джебелье, который и ныне так называется. Когда он оттуда предпринимал несколько грабительских набегов на окрестности Дамаска и Мекки, Халед-бен-Велид и Эсвед-бен-Мокдад, победивший его, заставили его бежать…

Брат его Араб с тремя племянниками Кайс, Тай и Мевали, отведены были пленными Халед-бен-Велидом в Геджас, где Кайс и Тай стали во главе колен, названных по их именам. Дядя их Араб сделался обладателем Омана, и Кису, их отец, и его два брата Лазки и Абази, обращенные в бегство Халед-бен-Велидом, прибыли сначала в Конию, а затем в Константинополь. Услышав там, что Моавия, сын Эби-Софиана, приближался к сему городу, он искал убежища в Трапезунде. Здесь прибрежье Джоруга с замком Гонии было уступлено Лезгам, которые также происхождения арабского. Брату Кису достались горы Черкесов, которые по сему, подобно Лезгам, гордятся тем, что они Корейшиты. Абази получил страну, называемую по ныне его именем. И так Черкесы, Лезги, Абхазы, Албанцы, арабские колена Тай и Кис – принадлежат к фамилии Корейш» [Брун, 1875, с. 172-173].

На Северный Кавказ легенда, декларирующая связь местных княжеских семей с арабской знатью времен Праведных халифов, могла проникнуть не раньше XVI века, когда начался постепенный процесс исламизации адыгской правящей верхушки, а затем и широких масс населения. Якоб Рейггенс в своем «Всеобщем историко-топографическом описании Кавказа» (1786) приводит вольный пересказ одного из ее вариантов со ссылкой на сочинение некоего муллы Феррах эд-Дина, жившего, по его данным, в X веке хиджры (1494-1591), которое имело хождение среди «образованных черкесов». Другой вариант, более близкий к тексту «Сказания о князьях черкесских», был составлен аль-Хадж Курбаном в 1757/58 гг. по заказу генерала российской армии Эль-мирзы Бековича Черкасского. Впоследствии он широко использовался представителями других княжеских семей при подаче родословных сведений в российские органы власти на Северном Кавказе для подтверждения принадлежности к дворянскому сословию [Зайцев, 2019, с. 8, 69-70; Сейтяг’яєв, 2019, с. 40, 45].

Портрет черкесского воина.
Портрет черкесского воина. Фото: С.А. Шавловский (1908).

Однако до сих пор неясным остается присутствие в этих документах крымского эпизода, отсутствующего в сочинениях ибн Халдуна, аль-Айни, Эвлии Челеби и других средневековых авторов. Короткое, в течение всего одного поколения, пребывание предков кабардинских князей в Крыму выглядит «несуразной вставкой», которая выбивается из логики построения легендарной генеалогии, призванной служить «облагораживанию происхождения семейства Инала» [Кожев, 2020, с. 13].

Ж.В. Кагазежев полагает, что речь идет о реальных событиях, связанных с переселением части черкесских мамлюков на Кавказ через Константинополь и Крымский полуостров в начале XIV вв. в период временной потери власти Бурджитами. Для обоснования своей точки зрения он приводит ссылку на документ из архивного сборника материалов по Кавказу, собранных в российском МИДе в первой четверти XIX века, в котором содержатся якобы точные годы жизни Абдан-хана: 1292-1327 гг. [Кагазежев, 2009, с. 64-67].

Ф.А. Озова, обратившись к одной из версий легенды, которая сообщает, что Абдан-хан (он действует здесь вместо Араб-хана) «был прибегнут под покровительство царю Константину», а затем «отправился к кесарю Римскому», пришла к выводу, что описанные в ней события могли иметь место в 1204 году, когда после IV крестового похода произошел распад Византийской империи на несколько отдельных политических образований. По мнению исследовательницы, Абдан-хан, будучи византийским вассалом, владевшим землями в низовьях Кубани, на берегах Керченского пролива и в Крыму, посетил сначала в Никею, где обосновался титулярный император Константин Ласкарис, а затем Константинополь, где рыцари-крестоносцы избрали «императором Романии» Балдуина Фландрского. Получив от них подтверждение своих прав, он и его свита, «отправились в Крым и жили на речке называемой Кабарда, где от него Абдуна был рожден сын, коего называли Кесарем, для того, что он, Абдун, у Кесаря был содержан при милости, а по черкески аталык звать Кес» [Озова, 2012, с. 138-139, 147].

Луи Галле. Коронация Балдуина I (1847).
Луи Галле. Коронация Балдуина I (1847).

Однако если принять гипотезу С.Х. Хотко и М.Ю. Илюшиной, согласно которой эпизод генеалогического предания с бегством предка черкесских князей в Константинополь является дубликатом истории о переходе Джабала ибн аль-Айхама на службу к императору Ираклию, то его ни в коем случае нельзя использовать для реконструкции событий XIII-XIV вв.

В свою очередь З.А. Кожев предположил, что «крымский транзит» предков Инала отражает межэтнические контакты на уровне социальных элит между княжеством Феодоро и Черкесией [Кожев, 2020, с. 8-16]. И действительно, упомянутая в легенда речка Кабарда (Бельбек) находилась в сердце владений мангупских князей, также как и замок с говорящим названием Черкес-Кермен.

Вид на башню Кыз-Куле из ущелья Джурла. Фото: Дмитрий Метелкин (2004)
Вид на башню Кыз-Куле из ущелья Джурла. Фото: Дмитрий Метелкин (2004)

Однако мимо внимания вышеперечисленных исследователей прошел весьма любопытный факт: в родословных легендах других народов Северного Кавказа часто присутствует мотив о крымском происхождении их предков.

Такое предание, в частности, зафиксировано у ближайших соседей черкесов – карачевцев. Родоначальником всего Карачая считается Карча, давший ему свое имя, выходец из Крыма, и его три товарища, Адурхай, Науруз и Будиян, по одной из версий легенды, сыновья крымского хана, которые после неудачной попытки овладеть престолом вместе с 60 верными им семействами бежали на Кавказ и поселились в верховьях Кубани. По смерти Карчи власть перешла к его зятю Шамхалу из Крыма, почему и потомство его стало называться князьями Крым-Шамхаловыми [Дьячков-Тарасов, Алейников, 2009, с. 13-15; Миллер, 1904, с. 1, 4-5].

В другом предании утверждается, что Карча, родственник некоего Аксак-Султана, был выходцем из Турции, первоначально переселившимся в Крым, а уже оттуда на Северный Кавказ. Представители трех княжеских фамилий Карачая: Крым-Шамхаловы, Дудовы и Карабашевы в той или иной степени возводили свои генеалогии к Карче [Баразбиев М.И., 2009].

Лагорио Л.Ф. Кавказское ущелье (1893).
Лагорио Л.Ф. Кавказское ущелье (1893). Холст, масло. 53х76 см.

Среди балкарцев наиболее знатными и влиятельными таубиями (горскими князьями) считались потомки легендарного Басиата [Баразбиев М.И., 2009]. Известный российский кавказовед второй половины XIX века профессор В.Ф. Миллер отметил в Балкарии несколько вариантов предания о происхождении Басиата. Согласно первому варианту, записанному со слов таубия хаджи Шаханова, один турецкий падишах, прогнал свою дочь, заподозренную в прелюбодеянии. Она бежала в Крым и вышла замуж за тамошнего хана. Потомками от их брака в четвертом поколении были Бадилят и Басиат, выселившиеся на Кавказ. Первоначально братья поселились на р. Куме, а оттуда перешли на территорию Балкарии в местность Кашха-Тау. Там они расстались: Басиат остался в Балкарии, где от него произошло несколько знатных фамилий таубиев, а Баделят ушел в Северную Осетию (Дигорию), где стал родоначальником дигорских феодалов баделятов.

Другая версия предания, записанная со слов таубия Абаева, приписывает Бадиляту и Басиату более скромное, но также крымское происхождение, считая их сыновыми-сиротами одного татарского вельможи, вынужденными покинуть родину в результате преследований со стороны дяди [Миллер, 1888, с. 78-80].

Кумыкские брагунские князья Таймазовы в своей родословной записи, составленной в 1834 году, отмечали, что происходят от «Каймаса, вышедшего из Крыма с Бораханом из фамилии Бораган». В другом архивном источнике (1872) также сообщается о том, что предки князей Таймазовых «во время великих смут, происходивших в Крыму за право владения ханским престолом» покинули Крым вместе с человеком «из дома крымских ханов – по имени Бюри-хан» в числе пяти тысяч других его приверженцев [Тесаев, 2021, с. 57].

Оценить достоверность этих преданий сложно. Приписывание знатным предкам «заморского» происхождения традиционно отражает стремление отделить правящие классы от основной массы населения. Поэтому фольклорные традиции разных народов мира часто выводят привилегированные фамилии и целые общества из-за пределов занимаемой территории. На протяжении столетий считалось, что знатный род нельзя выводить из собственной страны, так как из с неизбежностью возводит его к какому-то незнатному местном родоначальнику [Гутнов, 1988, с. 54].

Учитывая ту политическую, религиозную и культурную роль, которую ханство Гиреев играло в регионе Северного Кавказа на протяжении XV-XVIII вв., провозглашение крымского происхождения, несомненно, должно было служить средством повышения престижа местной феодальной знати. С другой стороны, нельзя исключать, что родословные легенды могут отражать реальные миграционные процессы, связанные с переселением из Крыма на Кавказ отдельных семей и родовых объединений.

© Княжество Феодоро, 2024

Библиография:

  1. Баразбиев М.И. М.И. Генеалогические предания о происхождении фамилий высшего сословия Балкарии и Карачая / М.И. Баразбиев М.И. // Генеалогия народов Кавказа. Традиции и современность. – 2009. – Т. 1. – С. 36-37.
  2. Бейтуганов С.Н. Кабарда: история и фамилии / С.Н. Бейтуганов. – Нальчик: Эльбрус, 2007. – 784 с.
  3. Брун Ф.К. Путешествие турецкого туриста вдоль по восточному берегу Черного моря / Ф.К. Брун. – 1875. – Т. 9. – С. 161-188.
  4. Гутнов Ф.X. Бадел генеалогических преданий осетин / Ф.X. Гутнов // Проблемы исторической этнографии осетин. – Орджоникидзе, 1988. – С. 50-70.
  5. Дьячков-Тарасов А.Н. Заметки о Карачае и карачаевцах. Карачаевские сказания / А.Н. Дьячков-Тарасов, М.Н. Алейников. – Нальчик: Издательство М. и В. Котляровых, 2009. – 60 с.
  6. Зайцев И.В. История и родословная черкесов: издание рукописи тюркского исторического сочинения XVIII в. / И.В. Зайцев. – М.: Изд-во вост. лит, 2019. – 110 с.
  7. Илюшина М.Ю. Политическая история султаната мамлюков Бурджи (1382-1517): борьба за власть в условиях нединастийной системы престолонаследия : Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук / М.Ю. Илюшина. – Санкт-Петербург: Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики». Санкт-петербургский филиал, 2022. – 656 с.
  8. Кагазежев Ж.В. Борьба адыгов (черкесов) за национальную государственность: исторический аспект: XIV – первая половина XVI в. : Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук / Ж.В. Кагазежев. – Владикавказ: Северо-Осетинский государственный университет имени К. Л. Хетагурова, 2009. – 181 с.
  9. Кожев З.А. Очерки военно-политической истории Черкесии XV–XVII вв. / З.А. Кожев. – Нальчик: Принт Центр, 2020. – 144 с.
  10. Кривов М.В. Последние Гассаниды между Византией и халифатом / М.В. Кривов. – 1981. – Т. 42 (67). – С. 154-158.
  11. Миллер Б.В. Из области обычного права карачаевцев / Б.В. Миллер // Этнографическое обозрение. – 1904. – Т. 52. – № 1. – С. 1-41.
  12. Миллер В.Ф. Материалы по археологии Кавказа, собранные экспедициями Московского археологического общества. Т. 1 : [Терская область : археологические экскурсии Всев. Миллера] / В.Ф. Миллер. – Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1888. – 135 с.
  13. Налоева Е.Д. Кабарда в первой половине XVIII века: генезис адыгского феодального социума и проблемы социально-политической истории / Е.Д. Налоева. – Нальчик: ООО «Печатный двор», 2015. – 368 с.
  14. Ногмов Ш.Б. История адыхейского народа, составленная по преданиям кабардинцев / Ш.Б. Ногмов. – Нальчик: Нальчик, 1994. – 232 с.
  15. Озова Ф.А. К вопросу о происхождении княжеской династии Черкесии / Ф.А. Озова // Археология и этнология Северного Кавказа. – 2012. – № 1. – С. 134-158.
  16. Сейтяг’яєв Н.С. «Стисла історія» ель-Хадж Курбана як ймовірне джерело перекладених черкеських генеалогій другої половини XVIII–XIX ст. / Н.С. Сейтяг’яєв // Східний Світ. – 2019. – № 2. – С. 25-54.
  17. Сокуров В.Н. «Сказание о князьях черкесских» как исторический источник [Электронный ресурс] / В.Н. Сокуров. – Режим доступа: http://intercircass.org/?p=403.
  18. Тесаев З.А. «Вилаят Чачан» по данным хроники «История Гирейхана» (XV в.) / З.А. Тесаев // Genesis: исторические исследования. – 2021. – № 3. – С. 53-67.
  19. Хан-Гирей. Записки о Черкесии / Хан-Гирей. – Нальчик: Эльбрус, 1978. – 331 с.
  20. Хотко С.Х. Генезис адыгского (черкесского) этнополитического пространства в XIII-XVI вв.: проблемы и перспективы исследования : Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук / С.Х. Хотко. – Майкоп: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Адыгейский государственный университет», 2017. – 595 с.
  21. Ayalon D. The Circassians in the Mamlūk Kingdom / D. Ayalon // Journal of the American Oriental Society. – 1949. – Vol. 69. – № 3. – P. 135-147.

 Заметили опечатку? Выделите текст и нажмите CTRL+ENTER

Поделиться ссылкой:

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии