Последний бой Инкерманской крепости

Аннексировав княжество Феодоро и бывшие генуэзские колонии в Северном Причерноморье, османы создали на их землях особую провинцию – санджак. Ее столицей стала Каффа, переименованная на турецкий лад в Кефе.

Карло Боссоли. Инкерман. Остатки укреплений.
Карло Боссоли. Инкерман. Остатки укреплений. Цветная литография из альбома «The beautiful scenery and chief places of interest throughout the Crimea from paintings by Carlo Bossoli» (Лондон, 1856).

Первоначально Инкерман являлся центром одной из семи волостей (нахийе) Кефинского санджака, но в начале XVI века в результате административно-территориальной реформы Инкерманская и Балаклавская волости вошли в состав Мангупского кадылыка [Неделькин, 2016].

В период турецкого господства Инкерман (тюрк. «пещерный город») состоял из трех «районов»: собственно крепости, верхнего и нижнего пригородов.

Османские инженеры продолжили реконструкцию оборонительных сооружений, начатую феодоритами, с целью приспособить их к реалиям эпохи огнестрельного оружия. В первой половине XVI века крепость усилили мрачной башней-барбаканом (башня №4). Она представляла собой круглое сооружение, диаметром 13 метров, с толщиной стен около 3 метров, вынесенное вперед за линию рва. В настоящий момент остатки башни сохранились на высоту 10,5 м.

Крепость Каламита. Башня-барбакан №4.
Крепость Каламита. Башня-барбакан №4. © Княжество Феодоро, Андрей Васильев, 2007.

В ее верхней части находилась артиллерийская площадка в виде деревянного настила, на котором располагались пушки. В особой нише хранились порох и ядра. Со стеной площадку соединял шестиметровый переход. Нижняя часть башни не имеет окон и никаких следов перекрытия [Филиппенко, 1996, с. 149-150]. При турках здесь находилась тюрьма, в которой содержали преимущественно невольников, принадлежавших жителям города [Челеби, 1999, с. 27].

Башня №4 крепости Каламита по В.Ф. Филиппенко.
Башня №4 крепости Каламита по В.Ф. Филиппенко.

Но среди ее пленников иногда оказывались и представители знати. В 1549 году крымский хан Сахиб Гирей (1532-1551) бросил туда двух своих внучатых племянников – наследников казанского престола Булюка и Мубарека Гиреев, старшему из которых было тринадцать лет. Он пошел на этот шаг, чтобы в обход их законных прав посадить в Казани собственного сына Эмина, соединив два государства под властью своих потомков.

Однако в Стамбуле опасались усиления честолюбивого хана и приняли решение о его низложении. Пока Сахиб Гирей находился в походе против черкесов, в Инкерман прибыл корабль с отрядом турецких янычар на борту. Их командир Хан Бирды беспрепятственно вошел в крепость и освободил из тюрьмы казанских царевичей.

Вместе с ними он отправился в Бахчисарай, где огласил султанский указ о назначении ханом Девлета Гирея. Войска и жители Крыма сразу же присягнули ему на верность. Сахиб Гирей, узнав о случившемся, хотел отправиться к падишаху, чтобы упасть к его ногам и убедить в своей лояльности. Но пока свергнутый хан ждал в Тамани корабля, который доставил бы его в Стамбул, туда прибыл Булюк Гирай, собственноручно умертвивший своего обидчика [Гайворонский, 2007, с. 216-222; Смирнов, 2005, с. 422-423].

В первой половине XVI века турецкий гарнизон Инкермана состоял из 19 человек: коменданта, его помощника, 14 солдат, сторожа, пушкаря и гарнизонного имама. На его вооружении числилось 6 больших пушек, 2 орудия среднего калибра и 30 мелкокалиберных, 25 ружей и 29 луков. На складе  хранилось 8 бочек пороха, 1050 ружейных пуль, 5000 стрел. Защитное вооружение состояло из 29 кирас, 2 кольчуг и 1000 щитов [Berindei, Veinstein, 1979, p. 398-399, 400-409].

В крепости находились лишь охранники, сторожившие тюрьму, тогда как комендант и солдаты жили в домах за ее пределами. К югу от главных ворот, на месте «диван-хане неверных», в годы правления султана Баязида II (1481-1512) была устроена мечеть.

Еще одну мечеть построили в 1522/23 гг. в верхнем пригороде, располагавшемся на месте бывшей феодоритской слободы. В нем проживали исключительно мусульмане. Верхний пригород Инкермана был известен тем, что здесь был похоронен шейх ордена хальветийе Якуб-эфенди, о котором говорили, что он достиг степени кутба – высшей в суфийской духовной иерархии [Челеби, 1999, с. 27].

Христианское население проживало внизу: в долине реки Черной и на месте нынешней Гайтанской балки. Турецкая налоговая перепись, составленная около 1529 года, содержит данные о шести греческих кварталах. В это время Инкерман насчитывал около 1075 жителей, что делало его третьим по численности населенным пунктом в османском Крыму после Кефе и Судака. Самой большой была православная община (около 850 человек), за ней следовали мусульманская (около 180 человек) и армянская (45 человек). К 1549 году количество греков-христиан сократилось до 750 человек, мусульман и армян выросло до 210 и 50 человек соответственно [Fisher, 1981, p. 152, 162, 169].

Карта Ахтиарской гавани Ивана Батурина, 1773 г. (фрагмент)
Карта Ахтиарской гавани Ивана Батурина, 1773 г. (фрагмент)

С первой четверти XVII века казаки начинают совершать регулярные рейды в Крым.  «До 30, 40 и 50-ти челнов спускаются ежегодно в море и в битвах причиняют столь жестокий вред, что берега всего Черного моря стали совсем необитаемы, за исключением некоторых местностей, защищенных хорошими крепостями», – писал в своих записках участник доминиканской миссии на полуострове Эмидио д’Асколи, добавляя также, что казаки «разрушают, грабят, жгут, уводят в рабство, умерщвляют» [Асколи, 1902, с. 98].

Карта Ахтиарской гавани Ивана Батурина, 1773 г. (фрагмент)
Карта Ахтиарской гавани Ивана Батурина, 1773 г. (фрагмент)

В августе 1633 года 1500 запорожцев и присоединившихся к ним донцов высадились на Гераклейском полуострове, устроив временный лагерь на руинах Херсонеса. Отсюда они стали совершать грабительские рейды вглубь Крыма. Основные силы татар в это время были задействованы в походе на Московское царство. Хан Джанибек Гирей бросил против них личную гвардию, а также «ближних людей» и всех, кого удалось найти в «татарских улусах» –   около 800 человек. 16 августа нескольких километрах от Мангупа состоялось кровопролитное сражение, в котором ханские гвардейцы были наголову разбиты, потеряв при этом две пушки. Джанибек отступил в Бахчисарай, но, опасаясь, что казаки войдут в город, бросил свою столицу на произвол судьбы и бежал с семьей в степь. Но те ограничились лишь разорением сел Бельбекской долины, после чего приняли решение возвращаться назад. На обратном пути казаки взяли и разграбили Инкерман, после чего сели на лодки и отправились восвояси [Асколи, 1902, с. 124; Гайворонский, 2009, с. 189-190 (прим. 42); Сухоруков, 1867, с. 227-230 (прим. 244)].

«В бухту Инкермана пришли казацкие неверные на 100 кораблях и разрушили этот город. Захватив огромное число дорогих товаров, они ушли, и теперь видны остатки разрушенных зданий», – писал спустя три десятилетия после этого события Эвлия Челеби, обративший внимание на большое количество опустевших домов в Чернореченской долине [Челеби, 1999, с. 28]

Руины крепости Каламита и монастырских построек.
Руины крепости Каламита и монастырских построек второй половины XIX-начала XX вв. Фото 1943 г.

В последующие годы обитатели города и окрестных сел находились в постоянном страхе, ожидая новых нападений [Челеби, 1999, с. 27]. Результатом стала миграция христианского населения в более безопасные внутренние районы полуострова [Ефимов, 2013; Fisher, 1979]. Османские переписи демонстрируют резкое сокращение числа дворов, принадлежавших грекам: в 1638 году в Инкермане таковых насчитывалось 12 (против 150 в 1549), а в 1652 – 5 ([Ефимов, 2002, с. 283; Fisher, 1979, p. 224].

Несмотря на запустение города, в порт, недалеко от устья реки Черной, продолжали заходить корабли, хотя его торговое значение не могло, конечно же, сравниться с тем, каким оно было при князьях Феодоро.

Крепость Каламита. Остатки оборонительных сооружений около башни №4.
Крепость Каламита. Остатки оборонительных сооружений около башни №4. © Княжество Феодоро, Андрей Васильев, 2006.

В обстановке нарастающей опасности турки попытались в очередной раз модернизировать крепость на Монастырской скале. Перед ней для улучшения обстрела впереди лежащей местности была создана специальная земляная насыпь (гласис), поддерживаемая каменной стенкой. Между рвом и гласисом устроили передовую стрелковую позицию (прикрытый путь) с плацдармом для накопления сил защитников в районе башни №4.

Крепость Каламита. Башня №4 и остатки оборонительной стены.
Крепость Каламита. Башня №4 и остатки оборонительной стены. Фото начала XX века.

С внутренней стороны стен оборонительную систему дополнил еще один вал (валганг).  Все эти новейшие достижения европейской инженерной мысли эпохи всеобщего распространения огнестрельного оружия могли быть применены в Инкермане не раньше середины XVII века [Бертье-Делагард, 1888, с. 186-189; Филиппенко, 1996, с. 155]. Его гарнизон увеличился до 50 человек [Челеби, 1999, с. 27].

Турецкие и татарский воины первой половины – середины XVII в.
Турецкие и татарский воины первой половины – середины XVII в. Художник: Ангус Макбрайд (David Nicolle. Armies of the Ottoman Turks 1300-1774).

Однако о последнем столетии жизни крепости известно очень мало. Инкерман лишь мельком упоминается в географических опасениях Крыма, да изредка встречается на картах полуострова.

Топографическая карта Крыма из «Большого землеописание Бюшинга», 1787 г. (фрагмент).
Топографическая карта Крыма из «Большого землеописание Бюшинга», 1787 г. (фрагмент).

«Места, которые там имеет турок, – это Балаклава, Инкермен и Манкуп», – такая краткая справка дается в «Описании Северной и Восточной Татарии» Николаса Витсена, опубликованном в 1692 году в Амстердаме [Кеппен, 1837, с. 235-236; Kizilov, 2012, p. 169,181].  На топографической карте Крыма из «Большого землеописания Бюшинга» (Франкфурт, 1788) Инкерман отмечен не как крепость, а как городок с ярмаркой. Такое же условное обозначение соответствует Мангупу, утратившему к этому времени свое военно-стратегическое значение.

Петров В.П. Вид Инкерманской долины.
Петров В.П. Вид Инкерманской долины (1790-1796). Бумага, сепия, тушь, перо. Государственный русский музей.

В 1774 году турки отказались от своих владений в Крыму, перешедших под власть крымских ханов. Османские гарнизоны были выведены с полуострова. Спустя четыре года в ходе кампании по переселению крымских христиан в Приазовье, инициированной российским правительством, Инкерман покинуло 12 греческих семей, насчитывавших 41 душу. Они оставили церковь Вознесения Господня и еще шесть разрушенных храмов, имена которых к этому моменту уже были забыты [Мальгин, 1994, с. 155].

Читать продолжение:

Авлита: Морские ворота Готии

© Княжество Феодоро, 2021

Библиография

  1. Асколи Э.Д. Описание Черного моря и Татарии / Э.Д. Асколи // ЗООИД. – 1902. – Т. 24. – С. 89-180.
  2. Бертье-Делагард А.Л. Остатки древних сооружений в окрестностях Севастополя и пещерные города Крыма / А.Л. Бертье-Делагард // ЗООИД. – 1888. – Т. 14. – С. 166-279.
  3. Гайворонский О. Повелители двух материков. Том. I: Крымские ханы XV-XVI столетий и борьба за наследство Великой Орды / О. Гайворонский. – Бахчисарай: Оранта, 2007. – 372 с.
  4. Гайворонский О. Повелители двух материков. Том II: Крымские ханы первой половины XVII столетия в борьбе за самостоятельность и единовластие. / О. Гайворонский. – Бахчисарай, 2009. – 269 с.
  5. Ефимов А.В. Из джизйе дефтера Лива-и Кефе 1652 г / А.В. Ефимов // Греки в истории Крыма. Краткий биографический справочник. – Симферополь, 2002. – С. 283-290.
  6. Ефимов А.В. Христианское население Крыма в 1630-е годы по османским источникам / А.В. Ефимов // Вестник РГГУ. Серия: История. Филология. Культурология. Востоковедение. – 2013. – № 9 (110). – С. 134-143.
  7. Кеппен П.И. О древностях Южного берега Крыма и гор Таврических / П.И. Кеппен. – Санкт-Петербург, 1837. – 409 с.
  8. Мальгин А.В. Из наследия А. Л. Бертье-Делагарда / А.В. Мальгин // Крымский музей. – 1994. – № 1. – С. 151-170.
  9. Неделькин Е.В. Османская провинция Кефе в конце XV – первой половине XVI вв / Е.В. Неделькин // IV Бахчисарайские научные чтения памяти Е.В. Веймарна (г. Бахчисарай, 8–9 сентября 2016 г.). Тезисы докладов и сообщений. – 2016. – С. 19-20.
  10. Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Отоманской Порты до начала XVIII века / В.Д. Смирнов. – Москва, 2005. – 540 с.
  11. Сухоруков В.Д. Историческое описание Земли Войска Донского: в 2 т. Т. 1 / В.Д. Сухоруков. – Новочеркаск, 1867. – 324 с.
  12. Филиппенко В.Ф. Новое в истории и археологии крепости Каламиты-Инкермана / В.Ф. Филиппенко // ХС. – 1996. – № 7. – С. 143-153.
  13. Челеби Э. Книга путешествия. Турецкий автор Эвлия Челеби о Крыме / Э. Челеби. – Симферополь: Дар, 1999. – 141 с.
  14. Berindei M. La présence ottomane au sud de la Crimée et en mer d’Azov dans la première moitié du XVIe siècle – Persée / M. Berindei, G. Veinstein // Cahiers du monde russe et soviétique. – 1979. – Vol. 20. – № 3-4. – P. 389-465.
  15. Fisher A. The Ottoman Crimea in the Mid-Seventeenth Century: Some Problems and Preliminary Considerations / A. Fisher // Harvard Ukrainian Studies. – 1979. – Vol. 3/4. – The Ottoman Crimea in the Mid-Seventeenth Century. – P. 215-226.
  16. Fisher A. The Ottoman Crimea in the Sixteenth Century / A. Fisher // Harvard Ukrainian Studies. – 1981. – Vol. 5. – № 2. – P. 135-170.
  17. Kizilov M. Noord en Oost Tartarye by Nicolaes Witsen. The First Chrestomathy on the Crimean Khanate and its Sources / M. Kizilov // The Crimean Khanate between East and West (15th-18th Century) (=Forschungen zur osteuropäischen Geschichte 78). – 2012. – P. 169-187.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться ссылкой:

Просмотров: 466

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии